В Талмуде дается заповедь о том, что в праздник Пурим каждый обязан выпить
столько вина, чтобы перестать видеть разницу между словами “проклят Аман” и
“благословен Мордехай”. И сразу после этого рассказывается: “Рава и рав Зейра
устроили в Пурим застолье. Когда они захмелели, поднялся Рава и зарезал рава
Зейру. На следующий день Рава стал молить Всевышнего и оживил рава Зейру. Спустя
год Рава пригласил рава Зейру на Пурим, но тот ему ответил, что не каждый день
случаются чудеса”...
Вот так, где выпивка, там и поножовщина. Впрочем, представить великих
раввинов пьяными, а тем более с ножами в руках трудно. Мудрейшие комментаторы
что только не предполагали, чтобы не истолковывать тест буквально.
“Мне кажется, что речь идет о том, что Рава якобы зарезал рава Зейру. На
самом деле он просто напоил того до бесчувствия” - пишет Маарша. А рабби Яков
Эмден Ашкенази говорит, что “Рава лишь сделал вид, что зарезал рава Зейру, чтобы
утихомирить развеселившихся гостей”.
Хатам Сойфер связывает эту историю с тем, что сказано в Талмуде: “Человек,
рожденный под знаком Марса, склонен к кровопролитию”. То есть Рава, родившийся
под знаком Марса, мог зарезать рава Зейру.
Невероятная история становится понятнее, если вспомнить, что вином называют
тайны Торы. В новом ракурсе сюжет становится вполне еврейским: Рава убил рава
Зейру не ножом, не вином, не астрологическими выкладками, а... словами Торы. Да
и не зарезал, а привел к состоянию отрыва души от тела, взлета души.
Итак, они сидели у стола, пили вино (вполне реальное, о котором Тора говорит,
что оно “веселит сердце человека”, а великий каббалист Шло пишет, что “вино
помогает в раскрытии тайн Торы”). Захмелели оба, но лишь душа рава Зейра
вознеслась, оторвавшись от тела, ибо в отличие от Равы он не был готов
воспринять тайны такого высокого уровня.
Интересно, что Талмуд, столь лаконичный и точный в выражениях, использует
“лишнее” слово: “поднялся Рава и зарезал рава Зейру?”
Разумеется, речь здесь идет о духовном возвышении, о подъеме до такого
уровня, на котором исчезает различие между “благословен Мордехай” и “проклят
Аман”. Он оказался выше рава Зейры и потому “перегрузил” своего товарища и тем
самым “зарезал” его. Само же слово “зарезал” (шахат на иврите), как объясняется
в законах шхиты - кошерного убоя скота, несет также внутренний смысл “увлек”.
Теперь становится ясно, почему на следующий год Рава не постеснялся
пригласить “жертву” за праздничный стол: он надеялся, что рав Зейра за год
достиг такого уровня, что их беседа на высокие темы не будет для него опасной.
История об этом удивительном застолье рассказана в связи с заповедью
“напиться в Пурим”. В наше время закон “Шулхан Аруха” устанавливает эту
обязанность, как всеобщую. Почему мудрецы, принявшие этот закон, не опасались,
что его выполнение приведет одного из нас к летальному исходу? Может быть,
потому что мы не Рава и не рав Зейра? Может быть потому, что нет ничего слаще и
важнее для души, чем подлинное опьянение, которое так описывает Рамбам: “полное
растворение себя в истинном и абсолютном существовании Всевышнего, которое, по
мнению мудрецов, не приносит вреда”.
Человек, который напьется в Пурим до такого состояния, что перестанет видеть
разницу между словами “проклят Аман” и “благословен Мордехай”, может быть уверен
в том, что история Равы и рава Зейры не повторится, а он сам “войдет с миром и
выйдет с миром”.
Изложение А.Фейгина
Комментарий
